Мне полагались карманные деньги, которые Раймон оставлял в моих ботинках; у самого у него всегда были под рукой целые пачки банкнот.
При всей своей неотесанности по хозяйству он управлялся на диво проворно, избавляя меня от походов по магазинам и прочих бытовых забот.
Его кулинарные таланты тоже сыграли не последнюю роль в моем приручении.
Он был не из тех, что позволяют себе подать на обед разогретую пиццу или консервы.
Все было свежее, с пылу с жару, отлично приготовленное.
Стоило мне захандрить, как на столе тут же появлялся шоколадный торт с апельсиновой цедрой или крем-брюле с восхитительно хрустящей на зубах сахарной корочкой.
